Третий мужчина был высоким и худым. Он лениво оглянулся.

- Нет, не можем. Успокойся, Хэнк.

Зонненберг выругался. - Откуда мы знаем, что он не шпион?

- Рейли? - засмеялся Тенслип. - Он картежник.

Мест для ночлега было достаточно. Часть лежанок соорудили бандиты, когда выбрали хижину своим убежищем, часть сделал Эббенс, который рассчитывал в свое время нанять людей себе в помощь.

- Мы уедем, как только закончится метель, - сказал Рейли. - Я переставлю повозку на полозья.

- Ты мне не нравишься, Рейли, - снова сказал Зонненберг. - И никогда не нравился.

- Генри, тебя никто не просил любить меня. Я постараюсь не перебегать тебе дорогу, а ты не перебегай мою.

- Иначе что?

Уилл Рейли улыбнулся. - Я стреляю так же быстро и точно, как любой другой в этой комнате - а это маленькая комната.

- Он прав, Хэнк, - сказал Тенслип. - Я видел, как он стреляет. И я видел, как он владеет ножом. При мне Уилл порезал на кусочки троих, прежде чем кто-то из них успел выстрелить. А тех троих послали убрать его.

Генри Зонненберг задумчиво смотрел на Рейли. - Ну, может я тебя недооценил. Может ты лучше, чем я думал.

- Здесь вроде как тесновато, Генри, - сказал Рейли. - Мне кажется, пострадаем мы оба.

Зонненберг уставился на него с невольным одобрением. - Ладно. Ты не из пугливых. Только не зли меня.

Вэл подобрался поближе к огню. Постепенно он начал согреваться. Он не признавался Рейли в том, что давно уже замерз. Мальчик все еще боялся этих людей, хотя Тенслип ему улыбался.

- Не знал, что у Майры есть ребенок, - сказал вдруг Том.

- Никто не знал. Она никому не рассказывала. О нем заботились Шмитты, пока Эмма не умерла. Тогда Майра сказала, чтобы Вэн избавился от него.

На лицах бандитов появилось потрясенное выражение.